Я не спец по Латинской Америке, но, минуя 100500 нюансов, там всегда одна проблема: её пытаются объяснять рационально. А она живёт в своём мирке. Это не просто регион, а отдельный политический биом, как Ближний Восток. Свои конфликты, свои травмы и циклы, которые тянутся десятилетиями. Буквально банановые республики, помноженные на местный колорит.
Политический маятник. От правых популистов к левым, от «порядка» к «справедливости», и обратно. Бразилия как хрестоматийный пример: то фашизоидная риторика, то левые элиты, утонувшие в коррупции. Венесуэла, хех, те же яйки, ток в профиль и с нефтью.
Небольшая историческая справка, но без печенегов, или как Уго Чавес стал ответом на плохие реформы. Хех, не стал.
В конце 80-х Венесуэла пошла по стандартному пути: неолиберальные реформы, МВФ, правые экономисты. Для населения это обернулось резким падением уровня жизни. Начались массовые беспорядки.
На этом фоне появляется Уго Чавес. Офицер-десантник, решивший, что власть можно взять силой. Переворот провалился, но политически всё сложилось идеально: суд, публичная речь и статус народного героя. Спустя несколько лет амнистия и вход в большую политику.
В 1998 году Чавес честно выигрывает выборы. Обещания предельно понятные, и только вместо столь знакомых нам: «Остановить войну, землю крестьянам, фабрики рабочим, власть народу» звучит: «Вернуть нефть народу и победить коррупцию». Так же сказочно, но так же нравится массам. На этом популизме и берётся власть.
Фактический демонтаж государственных институтов под видом реформ
То, что РФ буквально аккуратно возделывает все последние годы (хоть получается плохо и долго, но работа явно идёт), Чавес даже не стал чинить. Вместо этого он разобрал слабые, но уже начинающие работать институты. Конституцию переписали, политическую роль армии усилили, а национальную нефтяную компанию превратили в источник финансирования его личных политических проектов и субсидий.
Нефти в Венесуэле много. Качество её, правда, сложное, можно даже сказать плохое, добыча дорогая, но это всё ещё нефть и всё ещё валюта. При нормальном управлении (привет, РФ) это крутой ресурс для развития. А при социализме-популизме ради захвата власти он превращается в источник проедания. Имея одни из самых богатых запасов в мире, в стране буквально нищета. Зато у всех сразу == Равенство == Социализм. Такие вот эффективные местные менеджеры.
После «реформ» добыча упала в разы. Реальных специалистов увольняли за политическую нелояльность. Любая экономическая критика, даже от лояльных людей, направленная в поддержку логики и государства, объявлялась почти цитатой Чавеса: «Именно таких экономистов я и пришёл свергать».
А на любые разговоры про производство и индустриализацию он отвечал великими фразами наших российских идиотов из 90-х, разваливавших страну: «Зачем нам самолёты, мы продадим нефть и купим их у Боинга».
Ага, ага. Надёжный план, Уолтер, надёжный, как швейцарские часы. ©
В начале нулевых, на фоне роста цен на нефть, Чавес объявляет «социализм XXI века», лучше, чем в СССР и Китае (забыл, правда, добавить, что Китай ппц капиталистическо-рыночный). Без ошибок прошлых марксистов. Особую, венесуэльскую версию.
Когда цены начали падать, добыча падать, валютный поток сокращаться, импорт подорожал, а курс улетел. Ответ был ожидаем: ещё больше субсидий и ещё меньше экономической логики.
После Чавеса
После смерти Чавеса власть перешла к Мадуро. Цены на нефть упали, иллюзия закончилась. Экономика рассыпалась, отношения с США стали враждебными, с Россией и Китаем стали теплее. В страну зашли Роснефть и китайские деньги.
По факту Венесуэла превратилась в страну нищеты: зарплаты ниже $100, а цены на житьё-бытьё как в России, плюс перебои с электричеством и продуктами, тотальная коррупция. Люди выживают натуральным хозяйством. Привет, социализм.
Власть держится на простом балансе: населению дают минимум, чтоб не сдохло и не бунтовало, а военным обеспечивают минимальный максимум, чтобы не перевернули стол.
Классический авторитаризм с левой публичной риторикой.
⬇️⬇️⬇️ Часть 1 из 2