Если раньше Китай был двигателем глобального роста, потребляя сырьё и технологии, то сейчас он превратился в мощного промышленного конкурента, чей рост происходит за счёт сдерживания экономик других стран.
До ~2020 года быстрый рост Китая обеспечивался масштабным строительством и индустриализацией, что вызывало огромный спрос на сырьё и комплектующие: железную руду из Австралии, сою из Бразилии, промышленное оборудование из Германии, микросхемы из Южной Кореи.
В те годы развитие экономики КНР на 1% повышал мировой ВВП на 0,2% за счёт импорта. Китай выступал как «тягач», стимулируя мировую экономику. Сегодня эта связь стала отрицательной.
За последние 5 лет объёмы китайского экспорта резко увеличились, а импорт почти не изменился.
Этот дисбаланс особенно заметен на фоне других крупных экономик: в 2025 году импорт США вырос на 10%, а импорт Китая снизился на 3% (в $ США). КНР производит всё больше товаров, но не наращивает пропорционально закупки у остального мира.
Рост показателей США может быть временным (из-за экстренного ввоза товаров перед введением тарифов), а для Китая это устойчивая тенденция.
Новая политика Поднебесной, направленная на повышение конкурентоспособности и увеличение экспорта, имеет двоякий эффект: потребители выигрывают от доступа к дешёвым китайским товарам, но местные производители в других странах терпят убытки из‑за конкуренции.
По прогнозу Goldman Sachs, в ближайшее время Китай будет расти на 0,5–0,8 п.п. в год быстрее, но это снизит мировой рост на 0,1 п.п. в год.
Влияние будет неравномерным: выиграют китайское население и страны-поставщики сырья, а промышленные экономики Европы (особенно Германия), Восточной Азии и Мексики рискуют потерять рынки и рабочие места.
В этом и заключается суть модели «разори соседа»: Китай богатеет за счёт других промышленных держав.
Фундаментальный принцип экономики гласит, что торговля выгодна обеим сторонам. После Второй мировой войны США (крупнейшая экономика) наращивали импорт, помогая партнёрам развиваться (пусть и косвенно, но всё‑таки помогая), и тем самым расширяли рынки для своих товаров.
Сейчас Китай — вторая экономика и крупнейший экспортёр, но его подход иной. Он никогда не стремился к сбалансированной торговле, делая ставку на самодостаточность даже при импорте ключевых технологий с Запада.
Источники: The Wall Street Journal, The New York Times